ж
м
Покорный слуга 4.01 Пятнадцать лет спустя

С одноклассниками мы встречаемся регулярно, но собирается обычно человек десять-двенадцать. Но на пятнадцать лет окончания школы мы уперлись и сумели обзвонить всех. В итоге на встречу не пришло только два человека, а все остальные собрались.

Я в тот момент уже два года как развелся и жил холостой жизнью. Где-то к середине вечера я стал выбирать одноклассницу, которую можно будет увезти домой и провести с ней приятную ночь. Надо сказать, что почти все наши девицы за редким исключением выглядели великолепно и сексуально. В них уже появилось то самое женское осознание силы своей красоты и притягательности, при этом они перестали смотреть на нас, своих одноклассников, свысока как на мальчишек. А заинтересованные взгляды, которые я ловил от них, это ощущение только подтверждали. Но я всегда любил сложные и нетривиальные задачи и поэтому, не ответив ни на один из этих взглядов, решил приложить свои усилия к соблазнению Ани Алексеевой — нашей классной красавицы. В школе в нее были влюблены мальчики всех трех старших классов, но Аня была неприступна и общалась только с молодыми людьми старше нас, которые периодически менялись. Я был одним из таких безнадежно влюбленных, даже попытался как-то предложить ее проводить, но в ответ получил лишь насмешливый взгляд, после чего она, ничего не сказав, отвернулась и отправилась к красной трешке БМВ, ждавшей ее у ворот школы. В общем, обычная школьная история, но мне почему-то вдруг захотелось закрыть гештальт.

На встречах Аня обычно не бывала, особо ни с кем из одноклассников не общалась, но доходили слухи, что она уже два раза побывала замужем, и оба раза неудачно. Не торопясь, я шел по залу, периодически останавливаясь, чтобы поговорить с одноклассниками, да и выпить с ними я не отказывался. Когда добрался до Ани, я уже прилично принял на грудь как раз до состояния той самой бесшабашной уверенности в себе, которая и была мне так нужна сейчас. Сев рядом с ней, я молча и небрежно долил в ее бокал белого вина, которое она пила, а сам смешал себе ром с колой. Аня, улыбаясь, наблюдала за моими действиями. Налив спиртное, я повернулся к ней и, глядя в ее зеленые глаза, предложил выпить за встречу. Аня молча наклонила голову в знак согласия и, улыбнувшись, коснулась краем своего бокала стакана с моим коктейлем. Мы выпили и как-то само собой завязалась непринужденная беседа.

Мы очень мило болтали, периодически чокаясь, и вино в аниной бутылке убывало так же быстро, как и ром в моей. Когда я предложил тост за самую красивую девушку школы, которая стала очень красивой женщиной, Аня, после того, как мы выпили, вспомнила, как я пытался ее проводить и сказала, что я был единственным из ее одноклассников, кто хотя бы попытался это сделать. В ответ я предложил, что, может быть, смогу проводить ее хотя бы через пятнадцать лет. Аня рассмеялась и сказала, что, возможно, да, но сейчас она хочет танцевать. И мы пошли танцевать. Я был в ударе и шутил, Аня смеялась, а во время медленных танцев не сопротивлялась, когда я крепко прижимал ее к себе. Но когда я попытался как бы невзначай поцеловать ее в шею, она это сделать не дала, шепнув мне на ухо: «Потом».

Встреча закончилась часа через полтора. Постепенно наши ряды редели и в итоге в ресторане стало почти пусто. Я поучаствовал в оплате счета и снова подошел к Ане.

— Думаю, что надо закругляться. Я вызываю такси? — уверенно спросил я.

— Давай лучше пройдемся, — ответила Аня. — Вечер такой чудесный.

А вечер был действительно чудесный. Московская весна в самом разгаре. Еще не жарко, но уже совсем не холодна, а приятная прохлада позволила обнять Аню за плечи, чтобы ее согреть. Мы, не сговариваясь, свернули на бульвары и медленно пошли по ним, постепенно трезвея.

— Слушай, мне холодно, — сказала Аня через пару минут, — давай забежим ко мне в офис, тут недалеко, я переоденусь, и мы еще погуляем.

Если честно, я уже хотел привезти Аню домой и, наконец, трахнуть ее, но подумал, что в конце концов, это можно сделать и в офисе.

Мы свернули в переулок и остановились перед недавно отреставрированным классическим московским особняком. Аня отстранилась от меня и уверенно нажала на звонок у входной двери. Нам открыл охранник. Увидев Аню, он как-то подтянулся и, отступив в сторону, пропустил нас в офис, не задавая вопросов. Аня, ничего не сказав ему, кивнула мне, приглашая за собой.

Обстановка в офисе была неброской, но при этом незаметно подчеркивала успешность владеющей им фирмы. По широкой лестнице мы поднялись на второй этаж и после нее свернули в небольшой коридор. Аня включила свет, подошла к двери в конце коридора и остановилась перед ней, роясь в сумке в поисках ключей. Табличка на двери кабинета гласила: «Алексеева А. А. Генеральный директор». Аня тем временем открыла дверь и впустила меня в кабинет. Обстановка была современной и для таких кабинетов вполне обычной. Солидный стол с солидным креслом, стол для совещаний с креслами попроще. А в глубине за ее столом — диван и два кресла. Рядом с ними дверь — видимо, в туалет.

— Ты располагайся пока, спиртное в баре, — она показала на шкафчик рядом с диваном. — А я сейчас.

И Аня скрылась за той самой дверью.

Я открыл бар, взял бутылку Кальвадоса и налил его в два стакана с тяжелым дном, не найдя коньячных бокалов. Тем временем Аня появилась из-за двери и опустилась в кресло, вытянув длинные ноги в туфлях на высоченном каблуке. Я подал ей ее стакан, сел на ручку дивана рядом с креслом и мы, чокнувшись, выпили пахнущую опавшими яблоками обжигающую жидкость.

Я смотрел на Аню и понимал, что она меня возбуждает все больше и больше. Фигура у нее была безупречной. Тонкая талия, длинные ноги, высокая грудь. Темно-синее платье чуть выше колен дополнительно подчеркивало все ее прелести, а обтянутые нейлоном ножки идеальной формы так и напрашивались на то, чтобы их гладить, для начала освободив от классических черных лодочек. «Впрочем, туфли можно и не снимать», — мелькнула у меня мысль.

Я наклонился к Ане и поцеловал ее. Она не отстранилась, но ответила на мой поцелуй не так активно, как я рассчитывал. Списав все на усталость и алкоголь, я начал целовать ее в шею, постепенно опускаясь к груди, а ее руки как бы невзначай легли на мою голову и начали давить на нее, показывая, что стоит опуститься ниже. Я стал целовать верхнюю часть ее груди, не прикрытую платьем, но руки давили все сильнее, и я понял, чего она хочет.

Я опустился на колени и развел ее длинные изящные ноги. Аня была в чулках с поясом, а вот трусиков на ней не было. Я замер, возбужденно любуясь зрелищем аккуратно выбритого лобка и приоткрытых влажных розовых лепестков под ним. Аня наклонилась ко мне и стянула с меня рубашку, а потом стала возиться с ремнем на брюках. Я ей помог, и она стянула с меня брюки вместе с трусами до пола и снова откинулась в кресле, позволив любоваться собой. Зрелище было прекрасным, и я уже собрался начать делать то, что она хотела, но когда уже потянулся к ней, она вдруг встала передо мной.

— Сначала тут! — возбужденным шепотом сказала она и повернулась ко мне, задрав платье.

Ягодицы у нее тоже были идеальной формы. А через секунду она уже прижала мою голову к ним, и, понимая, что от меня нужно, я заработал языком. Аня выгибалась мне навстречу, и я вылизывал ее сзади, ни на секунду не останавливаясь. Я не знаю, сколько это продолжалось, но в какой-то момент Аня снова села в кресло и раздвинула свои ножки. И теперь мне уже ничего не мешало удовлетворить ее языком и губами. Я начал целовать нежную кожу на внутренней стороне ее идеальных бедер. Кожа была гладкая и шелковистая. Целуя Аню там, я ощущал ее запах, и мне очень хотелось уже попробовать ее на вкус. Но я растягивал удовольствие и не торопился. И когда наконец прикоснулся к ней языком, Аня подалась мне на встречу и вжала мою голову между ног так, что я почти задыхался. Но я продолжал ее лизать. Я целовал каждый миллиметр ее розовой влажной плоти, я хотел выпить каждую каплю ее смазки, густой и немного солоноватой. И Аня, ощущая мое возбуждение, прижималась ко мне все сильнее и крепче.

Я нащупал языком твердую горошину клитора и, охватив его губами, начал посасывать. Аня же положила руку на мою голову и начала аккуратно направлять мои движения, задавая ритм. Через некоторое время я подключил язык, выписывая восьмерки вокруг ее клитора и периодически задевая его языком. А в какой-то момент мой язык полностью сосредоточился на клиторе, и я почувствовал, как Аня начала прерывисто дышать и двигаться мне навстречу. Я поймал ее ритм, и уже через несколько секунд она задышала все чаще, а потом с громким стоном кончила и расслаблено откинулась в кресле. Еще через какое-то время она развела ноги освобождая мою голову. Я поднял лицо и посмотрел в ее глаза. Она смотрела на меня сверху вниз и удовлетворенно улыбалась. Я приподнялся, распрямив колени и протянул руки чтобы подвинуть Аню к себе и войти в нее, своим возбужденным, твердым как камень членом. Однако она не поддалась и не подвинулась, а когда я усилил давление, оттолкнула меня.

— Сегодня это лишнее. Мне и так хорошо, — произнесла она, когда я поднял на нее вопросительный взгляд.

— А я? Мне тоже хочется кончить!

— Дома подрочишь, как в школе делал, — теперь и взгляд и улыбка были откровенно насмешливыми.

— Но...

— Мне пора, вызывай такси, муж уже беспокоится.

И она, встав с кресла, снова ненадолго скрылась за дверью предполагаемого санузла. Я оделся и заказал такси, приехавшее через десять минут. Аня запретила ее провожать, и я разочарованно вызвал машину и себе. Дома я напился, смотрел порно, в итоге кончил, думая об Ане и заснуть смог только под утро. Проснулся достаточно поздно и, взяв в руки телефон, обнаружил ее сообщение: «Спасибо, что проводил». Я ответил. Но она мне больше не писала и не отвечала на звонки. Я пытался встретить ее у офиса, но дверь туда мне ни разу не открыли.

Я почти успокоился через полгода. И снова зажил беспечной холостяцкой жизнью, постоянно меняя подружек и проводя свободное время в барах и ночных клубах. Но каждый раз кончая, я почему-то вспоминаю ее насмешливый взгляд и улыбку, а во рту ощущаю чуть солоноватый привкус ее густой смазки.

опубликовано 11 мая
144
Для написания комментария к этому рассказу вам необходимо авторизоваться