ж
м
Prisoner of Love Новое наказание

Даже после того, как я перестал беспокоиться и полюбил фемдом, специфика наших отношений с Оксаной продолжала меня немного смущать. В то время, как дома я с удовольствием принимал порку и самозабвенно лизал, что велят, на публике мне хотелось избегать любых указаний на это. За пределами спальни мы были обычной парой и меня это вполне устраивало.

Для Оксаны границы были куда более размытыми. Она охотно делилась подробностями наших любовных игр с подругами. Впрочем, многие её подруги, к моему удивлению (я почему-то думал, что это большая редкость) тоже увлекались женским доминированием, поэтому её рассказы встречали не смущение и смех, а сочувственное внимание. Они всегда были готовы восхититься тому, сколько раз Оксана кончила, или дать совет, как заставить меня сосать страпон. А вот мне объяснять друзьям, что сидеть я не хочу потому, что вчера меня пороли стеком, не очень хотелось. Да и вряд ли у них был опыт в этом деле, которым они могли бы со мной поделиться.

Однажды мы с моими друзьями после долгой прогулки оказались в пиццерии. Туда же чуть позже подошла и Оксана, у которой были дела неподалёку. Мы все очень мило сидели, беседовали и ели пиццу. Оксана и я периодически обнимались и целовались, и я был слегка возбуждён. В какой-то момент у нас кончилась кола и я попросил Оксану принести нам ещё — в основном потому, что она сидела с краю. Оксана принесла и, наклонившись, стала расставлять пластмассовые стаканы. Джинсы на её сладкой попке натянулись так соблазнительно, что я, без задней мысли, шлёпнул по ней, чтобы ощутить рукой её упругость. Мои друзья захохотали. Оксана улыбнулась и ничего не сказала мне. Когда она села, мы продолжили целоваться.

Самое интересное, мне даже в голову не пришло, что что-то не так, пока мы не вернулись домой. Заперев дверь, я обернулся — и получил пощёчину.

— На колени сейчас же! — полным ярости голосом сказала Оксана, на глазах превращаясь в мою грозную повелительницу.

В тот раз, когда Оксана впервые торжественно выпорола меня не в качестве наказания, а для своего и моего удовольствия, в процессе она возбудилась так, что кончила едва ли не от первого же моего прикосновения. Отдышавшись, она сразу же установила новое правило — о том, что перед любым сексом положена порка. В отличие от языка, член лгать не может: кончив вслед за ней, я безошибочно подтвердил свою покорность её решению. Так порка окончательно превратилась из наказания в развлечение (хотя для меня и несколько экстремальное). Теперь, когда Оксана сердилась, я никогда заранее не знал, что именно она со мной сделает. Её фантазия всегда была богаче моей.

Велев мне раздеться, Оксана вышла из комнаты. Я заволновался, но она вернулась через пару минут абсолютно голой, если не считать босоножек на высоком каблуке. Надев их, она ещё больше возвышалась надо мной, стоящим на коленях по стойке смирно. В руке у неё обнаружился дилдо — судя по всему, забытый нами в ванной.

Оксана встала надо мной, уперев руки в бёдра. Я только мельком взглянул на эту ослепительную красоту и виновато опустил взгляд. Но и там были её ножки. Ужасно хотелось упасть на пол и начать покрывать их поцелуями, но я остро чувствовал, что инициатива в данном случае не прибавит мне очков. Оксана протянула мне дилдо и я непонимающе посмотрел на неё.

— Бери его и начинай трахать, — спокойно объяснила она.

Увидев, что я не понял, она развеселилась и добавила:

— Себя, разумеется!

Я осторожно взял дилдо. Смазки на нём не было. Поколебавшись мгновение, я всё-таки рискнул и спросил, глядя в пол:

— Можно ли мне перед этим смазать его.., моя госпожа?

Никогда раньше я так Оксану не называл и сделал это по наитию. По её лицу я увидел, что идея оказалась удачной, как никогда. Оксана выдержала паузу и строго ответила:

— Можно.

Я вскочил и пулей кинулся за смазкой.

...Оксана сидела в кресле, а я стоял на четвереньках на полу. Точнее, точек опоры у меня было всего три, потому что одной рукой мне приходилось трахать себя в задницу.

— Я планировала трахнуть тебя сегодня, — иронично говорила Оксана, — но после твоей выходки в пиццерии я решила, что такому мачо это, наверное, не к лицу... Глубже, глубже! Вот так... Не к лицу, чтобы его кто-то трахал. Такой крутой парень должен сделать это сам! А мне, хрупкой девушке, остаётся только смотреть и восхищаться...

Уже прошли те времена, когда я избегал анального проникновения, и мы с Оксаной накопили немалый опыт в этом вопросе, так что больно мне не было, даже немного приятно, но было очень неуютно. Одно дело анальный секс, когда сильные бёдра Оксаны обхватывают мои, её упругие сиськи прижимаются к моей спине, а движения страпона в моей заднице сопровождаются поцелуями в шею и ласковыми словами, которые она шепчет мне на ухо. И совсем другое — трахать себя самому, в то время как главный источник удовольствия сидит в нескольких метрах от меня и сердится.

Однако вскоре Оксана закинула ногу на ногу и передо мной забрезжила надежда. Я понял, что увиденное её возбудило, а значит, скоро она меня простит, — и продолжил сеанс самоистязания с удвоенным старанием. Я смело поймал взгляд Оксаны, а затем стал вызывающе разглядывать её. Мой член, почувствовав мою решимость, окончательно выпрямился. Оксана старалась скрыть возбуждение и выглядеть по-прежнему суровой, но её грудь, дрожащая от прерывистого дыхания, окончательно развеяла мои сомнения. Снова посмотрев ей в глаза, я похотливо облизнулся, и нервы Оксаны не выдержали.

— Ползи сюда! — скомандовала она сердито и возбуждённо.

Я послушался.

— Целуй мне туфли!

Прощение было рядом и отступать я не собирался. Аккуратно отложив дилдо (и ожидая, что она велит мне вернуть его обратно, но она не обратила на это внимания), я решительно опустился ниже и стал лизать, не делая видимых различий между ножками и туфлями. Я делал это очень усердно и, через несколько минут, когда она приказывала взять в рот каблук, её голос уже был таким медовым, что я понял: на этом инцидент будет исчерпан.

— Поднимайся, — велела Оксана, взяла меня за руку и повела в спальню заниматься любовью.

Когда она толкнула меня на кровать, я протянул было руки к ней, но она увернулась и направилась к шкафу с девайсами.

— Сначала порка, ты же не забыл? — донёсся оттуда её голос. Я, и правда, забыл, но очень скоро мне пришлось вспомнить...


* * *


— Ты был такой милый там, в гостиной! — хихикнула Оксана, уже привычными движениями привязывая меня к кровати лицом вверх после порки. — Такой... беззащитный. Мне так и хотелось тебя съесть! Пожалуй, с этого я сейчас и начну!

Выгнувшись как кошка, Оксана взяла мой член в рот и начала его сосать — редкое и ценное поощрение. Видимо, я искупил свою вину с лихвой. Я расслабился, предвкушая полный удовольствий вечер, как вдруг почувствовал... Ох, ты ж, блин!

Я понял, что кончаю без разрешения прямо Оксане в рот. Её удивлённый взгляд встретился с моим встревоженным за мгновение до того, как она тоже это поняла. Я уже успел в ужасе представить, что будет, если сперма попадёт ей на лицо или, хуже того, на волосы, но этого не случилось. Оксана не выпустила члена изо рта, пока мой оргазм не закончился, аккуратно проглотила сперму и неторопливо облизнулась. Мне стало совсем не по себе.

— Надеюсь, это того стоило. — обманчиво мягко сказала после небольшой паузы. — Потому что ты только что доигрался до нового наказания.

Я тихо застонал.

опубликовано 3 ноября 2018 г.
102
Для написания комментария к этой записи вам необходимо авторизоваться