м
ж
Афтаржжет Господин

— Андрюш, я надеюсь, что ты не будешь против увеличения женского коллектива в нашей квартире, — потрепав меня по волосам, сказала мать.

— В смысле?

— Если в бабушкиной комнате будет жить Иришка. Помнишь её?

— Какая ещё Иришка? — не совсем довольным тоном спросил я.

— Ну, помнишь, мы с тобой несколько лет назад ездили к моей давней подруге в Энск? Помнишь? Дочка у неё была Ирина, она тебя на год младше. Вы ещё постоянно с ней ссорились тогда, а потом она тебе приветы передавать стала, — засмеялась мать. — А теперь Иришка сильно изменилась, повзрослела. Школу закончила, в институт поступила, в котором ты учишься. По моей рекомендации, между прочим.

— И что, вариантов нет? — без энтузиазма спросил я.

— Нет. Мы всё уже решили с Машкой. Комната у нас свободна, ты сможешь помочь Ире с учёбой, с друзьями своими познакомишь и девочка под присмотром будет. Моим и твоим. Хотя по словам Машки Иришка не очень любит тусовки всякие, как у вас говорят, — улыбнулась мать.

Я вздохнул, не понимая, как на это реагировать. Конечно, я помнил эту Ирку и эту грёбанную поездку в Энск пять лет назад. Не зря я тогда не хотел ехать, хоть и на неделю. Июль, лето, а тут в какую-то жопосрань ехать. Но мать сказала, что не обсуждается: это её давняя подруга, с которой давно не виделась, только по телефону общается, и она поедет, и поедет со мной, так как одного меня она не оставит, а бабушки уже нет.

— А на папашу твоего я тебя не оставлю. Пусть там с очередной молодкой разбирается. Ничему хорошему он тебя не научит.

Целые сутки мы тащились в поезде, потом ещё час на машине. Хорошо, хоть встретили и не на общественном транспорте пришлось добираться.

Но Энск мы тогда проехали мимо, муж тети Маши, маминой подруги, просто провёз нас по городу, сделав экскурсию, и мы поехали к ним на дачу. Мама с тётей Машей всю дорогу обнимались и непрестанно болтали. Я ехал на переднем сидении старых жигулей четвёртой модели рядом с дядей Андреем, моим тёзкой. И этот тёзка постоянно меня о чём-то спрашивал и, не дослушивая, хохотнув, стучал меня по плечу и говорил:

— Ничего, тёзка, прорвёмся. Какие наши годы!

А потом опять что-нибудь спрашивал. В общем, начало было отстой. А потом, когда приехали, отстой продолжился.

Дача — это было названием летнего домишки с двумя проходными комнатами и небольшой прихожкой. Все удобства были во дворе. Вонючий, деревянный сортир и душевая кабинка с чёрной бочкой наверху, куда вода подавалась из колодца электронасосом. Хорошо хоть, что не вёдрами туда надо было воду носить. Умываться и мыть руки — из обычного умывальника с пипкой снизу, прибитого сбоку дома. Вот туда надо было наливать из ведра, когда вода в нём заканчивалась. И брать эту воду надо было из колодца. На участке ещё стоял сарай, где хранились всякие принадлежности в виде лопат и грабель и хлам. Из достопримечательностей был выкопанный пруд минутах в десяти ходьбы от участка. И участок был самым крайним в этом садовом товариществе. Романтика, блин. В гробу я такой отдых видел.

А ещё была та самая Ирка, дочь тёти Маши и дяди Андрея. Белобрысая звезда с веснушками. Доска, два соска. Дядя Андрей, когда мы приехали к ним на дачу и сели за стол, принял дозу алкоголя и, смеясь. предложил моей матери нас с Иркой поженить, когда мы вырастем. Ага, как же.

Ближе к вечеру нас с Иркой отправили на этот пруд. Я надел плавки, Ирка пошла в купальнике. Хотя прикрывать там было нечего.

Когда мы стали купаться, я ей об этом так и сказал:

— Ты чего там прячешь-то? Фигушки? — засмеялся я, показывая на её бюстик, который смялся ввиду отсутствия под ним того, что должно было скрываться.

— Вырастут ещё, — с ехидцей ответила Ирка, — не нравится — не смотри.

И стала брызгать меня водой. Я взял, макнул её в воду с головой, и немного придержал там.

Ирка тогда удивила меня. Она не захныкала, после того, как вынырнула из воды, и не сказала, что маме пожалуется, а спокойно вытерла лицо, тряхнула косичкой и кинулась на меня, намереваясь сделать со мной так же, как и я с ней сделал. Но силёнок у этой доходяги явно было маловато. И она снова оказалась под водой, с моей помощью, конечно. Вот с этого всё и началось. Она начала щипаться, а потом схватила меня за причинное место, когда вынырнула.

— Будешь так делать, я тебе это место раздавлю, — со злостью сказала Ирка, чуть сжав кулачок.

Я со всей дури стукнул её ладонью по щеке, у неё чуть голова не отвернулась. И Ирка, не ожидая такого, упала в воду. А я пошел к берегу, выбрался из пруда и отправился обратно, на дачу. Ирка тоже пошла за мной следом немного поодаль, а у калитки догнала меня, больно ущипнула, засмеялась и пробежала в открытую мной калитку. И потом не пожаловалась никому о том, что произошло на пруду.

Пять дней мы с матерью были у них в гостях и все эти пять дней мы с Иркой при родителях делали вид, что общаемся, а когда родичи не видели, Ирка начинала щипаться, а я отвешивал ей подзатыльники или заламывал руку. А на пруду я стянул с неё сначала лифчик купальника, на что Ирка почти никак не отреагировала, только показала мне язык. А потом на берегу я тихонько подкрался сзади и стянул с неё плавки на ляжки.

— Что, не видел что ли? — повернулась она ко мне. — Ну, на, посмотри, — спокойно сказала Ирка и подняла лифчик ещё выше.

— Шалава, — засмеялся я.

— Сам ты шалава, — усмехнулась она, натягивая плавки и водружая лифан на место.

— Всем так показываешь, наверное, — начал я дразнить её.

— Хочу и показываю, тебе-то что? Завидки берут?

— А чему там завидовать? Доска, два соска.

— Ой, ой, на себя посмотри. Взяла тебя за яйца, думала, там что-то есть, а там дуля. У меня сиськи больше, — ехидно засмеялась Ирка.

Меня это так разозлило, что я подошел и толкнул её. Она упала на попку, но, сидя, продолжила дразниться:

— Что, на правду реагируешь? Хлюзда на правду вышла! Ну, покажи, что там есть или трусишь?

И я вытащил свой писюн, одной рукой держа плавки, а второй письку. И начал ссать на Ирку. На голову, на лицо, на грудь и снова на лицо. Она от неожиданности рот открыла и я нассал и в рот тоже. Ирка сплюнула, закрыла рот, но не отвернулась. Просто сидела с закрытыми глазами, немного откинувшись назад и уперевшись руками в землю.

Закончив, я заправил член в плавки и пошел в сторону дачи. Немного пройдя, оглянулся. Ирка уже выходила из пруда, искупавшись в нём. Почти у дачи она догнала меня. Я думал, что Ирка сейчас развопится, драться полезет и будет щипаться. А она просто молча пошла рядом со мной.

Вечером был прощальный ужин, так как утром мы должны были уезжать. Родичи пили алкоголь, я с Иркой сладкую газировку и соки. Ирка создавала вид, что общается со всеми и ей весело. Но когда на неё никто из взрослых не обращал внимания, она смотрела на меня задумчиво-оценивающим взглядом. А я ухмылялся, насмешливо глядя на неё.

— Ну, пока, приезжай, если что! — попрощалась со мной Ирка утром у поезда.

Она тоже поехала нас провожать. И незаметно для всех ущипнула меня.

— На дорожку тебе, — засмеялась она, отойдя немного от меня.

От подзатыльника ей меня удержало присутствие родителей.

Через год тётя Маша приезжала к нам погостить на три дня, потом мать стала ездить к тёте Маше на несколько дней уже сама без меня. Пару раз в год. А я оставался дома один. Это было классное время, когда мать сруливала. Мы с друзьями устраивали у меня тусовки. Уже пошли тёлки, ебля с пляской, водка, вино и пиво. Но к приезду матери всё было в ажуре. А мать всё время передавала мне приветы от Ирки, когда ездила туда или созванивалась с подругой, а я отмахивался. Потом перестала передавать. Я закончил школу, поступил в институт, закончил первый курс и хотел на пару недель со своей девушкой, с которой был уже полгода знаком, съездить на озеро Чебаркуль в Челябинскую область. Билеты мы ещё не взяли, но в интернете на сайте РЖД в ту сторону было полно свободных плацкартов и мы не заморачивались.

И вот теперь эта самая Ирка поселится у нас в комнате бабушки. Грозя порушить все мои планы. Да и встречаться с Иркой вообще не хотелось, а тем более, чтобы она жила у нас. Мать как-то пыталась показать мне Иркину фотку, которую ей прислала тётя Маша, но я отмахнулся и от этого.

Невесёлые новости о приезде Ирки оказались в этот день не единственными. Майя, моя девушка, сообщила, что не сможет никуда поехать:

— Родичи сказали, что не отпустят, и припахивают на даче, — грустно сказала она, когда мы встретились у меня и потрахались.

— У меня тоже новость, — вздохнул я. — К нам приезжает дочка маминой подруги и будет тут жить в бабушкиной комнате.

Майя насторожилась, посмотрев на меня.

— Зачем она приезжает?

— Учиться в институте. Поступила туда же, где я учусь. Мать им так посоветовала, — поглаживая пальцем сосок Майи, ответил я.

Она присела на диване, обхватив колени.

— Красивая? — поинтересовалась Майя.

— Понятия не имею. Я её видел пять лет назад и больше не общался.

Майя вздохнула и снова легла.

— Я тебя никому не отдам, — тихо сказала она, положив мою руку себе на грудь и крепко прижав к себе.

Я стал покрывать поцелуями лицо Майи, потом посмотрел ей в глаза.

— А мне больше никто и не нужен.

И стал целовать её в губы, сжимая сисечку в руке.

Майя была офигенной тёлочкой. Меня тянуло к ней. Стройная, с классными сиськами, симпотная, со спортивной попкой и мускулистыми ляжками. Она была спортсменкой. Даже когда мы трахались, Майя принимала красивые позы. Когда закидывала мне ноги на плечи, то не сгибала их в коленях, держа ноги прямыми. Стоя раком, очень сильно прогибала спину и я классно натягивал девушку на член. А вот в рот она не брала и в попку не давала. Говорила, что в рот она кушает, а попка нужна, чтобы какать. Что есть специальное место, которое создала природа для того, чтобы туда трахаться. Не знаю, мне хватало и меня устраивал такой расклад. Хотя попытки делал, предлагая просто пососать мой член, не кончая ей в ротик. Но Майя твёрдо стояла на своём, при этом позволяя кончать ей во влагалище. Сказала, что таблетки пьёт.

Ирку я тоже поехал встречать, мать настояла. Типа вещи надо помочь тащить, да и вообще так будет правильно.

Когда Ирка вышла из вагона, я вообще её не узнал. Если бы она не стала радостно обниматься с моей матерью, я бы даже не понял, что это Ирка. Она поставила свой чемодан на колёсах и обнялась с матерью, а я стоял чуть поодаль и наблюдал, рассматривая девушку. За прошедшие пять лет она очень изменилась. Симпатичная стала, я бы даже сказал, что красивая. Волосы длинные, но уже не блондинка, а шатенка. Худенькая, высокая, почти с меня ростом. Но худоба была очень даже приятной. Ирка была в летних обтягивающих джинсах и свободной не длинной майке, не заправленной в штаны, и чешках. Бёдра не широкие, красивая попка, а грудь так и не выросла. Даже лифчик под майкой не мог скрыть, что сиськи небольшие.

— Ты решила покраситься? — улыбаясь, спросила мать, держа Ирку за плечи и разглядывая её.

— Да, тёть Надь, а то все сразу шутить начинают, что блондинки все глупые, — засмеялась Ирка.

— Ну, и зря. Таким цветом волос гордиться надо. Натуральная блондо, — снова обняв Ирку, сказала мать.

— Учиться начну, потом приму натуральный цвет.

А потом она посмотрела на меня как тогда, когда я был у них, задумчиво-оценивающим взглядом, подошла сама, улыбнулась и обняла:

— Привет.

— Привет, — ответил я, чуть приобняв её за талию, не ожидая, что Ирка так сделает. — Так и не выросли, — тихо сказал я и засмеялся.

— У! — улыбнулась она и легонько ущипнула меня за живот. — Меня всё устраивает. А ты классно стал выглядеть.

— Ты тоже, честно говоря, — признался я, — классной тёлкой стала.

— Не тёлкой, а девушкой! — встряла мать. — Андрюш, ну, что за выражения?!

— Да пусть, тёть Надь, — засмеялась Ирка. — Это сейчас обиходное название девушек, у парней.

— Вот пусть где-нибудь в другом месте применяет такие названия, а тут не надо, — ответила мать.

— Тёлка и тёлка, что плохого в этом слове? — посетовал я.

— Тёлки в стойлах блеют. А девушки — не коровы, — назидательно сказала мать.

— Как сказать...

— Посмейся, посмейся. Бери поклажу и тащи к машине.

— Вот слушайся маму, — засмеялась Ирка.

Я вздохнул и, ничего не ответив, взял за ручку чемодан и покатил его по перрону, идя чуть поодаль от них и разглядывая Ирку сзади.

Девка реально классно выглядела, хоть и сиськи подкачали. Попка аккуратная, ноги, обтянутые джинсами, ровные, стройные. Даже под свисающей майкой было понятно, что у Ирки узкая талия. «Вот бы ей вдуть», — подумал я, уставившись на попку Ирки и не замечая, что она иногда оглядывается на меня, разговаривая с моей матерью.

Когда загрузились в машину, мать позвонила подруге и сообщила, что встретила, потом дала поговорить Ирке и снова поболтала с тётей Машей. Передала привет дяде Андрею, в том числе и от меня. Я хмыкнул, в это время и Ирка несильно ущипнула меня за бок.

— Схлопочешь сейчас, — тихо сказал я, посмотрев на мать и повернувшись к Ирке.

А Ирка показала мне язык и засмеялась.

— Ну, всё, поехали, — закончив болтать, сказала мать и завела мотор. — Пристегнись, — напомнила она мне.

Я пристегнулся и мы тронулись.

— Классная у вас машина, тёть Надь, — сказала Ирка.

— Только кредит за неё выплатила, пять лет выплачивала. Ещё за обучение своего оболтуса надо платить.

— Он не оболтус, — засмеялась Ирка, погладив меня по плечу. — В институте учится, первый курс уже закончил. Это у нас там одни оболтусы. Только водку жрать умеют.

— У нас этого добра тоже полно, — вздохнула мать, внимательно следя за дорогой. — Даже некоторые его одноклассники такие. С армии пришли и пьют.

— Вот видите, а вы говорите, что оболтус. Совсем даже не оболтус, — снова заступилась за меня Ирка.

— Ну, я так, слово не то подобрала.

Я сидел и молчал, только хмыкал иногда, когда Ирка за меня заступалась.

— Ну, что, девочки и мальчики, я поехала копеечку зарабатывать. Отпросилась с работы, чтобы встретить, и надо обратно, — посмотрела на нас мать, когда я занёс вещи в комнату, где теперь будет жить Ирка. — Ириш, ты тут хозяйничай, покорми моего гаврика и сама поешь.

А потом обратилась ко мне:

— А ты покажи ей город, в кино своди, с друзьями познакомь, чтобы ей не скучно было.

— Город на маршрутке показывать? — хмыкнул я.

— Права получишь, тогда посмотрим, а пока на маршрутке.

— Я и без прав могу.

— Без прав ты можешь только помыть машину, а не ездить на ней. Скажи спасибо, что иногда позволяю тебе за городом ездить. Всё, я побежала, пока, — чмокнула меня мать в щёчку. — Будьте умничками, вы уже взрослые, совершеннолетние, сами разберётесь, как отношения строить.

— Это что, заговор что ли?.

— А хоть бы и так.

— Да ладно тебе, — засмеялась Ирка, — никто на тебя не претендует.

— Ну, всё, разберётесь сами: претендует, не претендует. Я побежала. Пока, Ириш, в обиду себя не давай, — сказала мать и быстро пошла обуваться.

Взяла сумку, ключи от машины и вышла, захлопнув за собой дверь.

Я пошел к себе переодеваться. Ирка осталась у себя в комнате.

Когда я вышел из комнаты и пошел на кухню, в ванной горел свет и лилась вода. Ирка уже принимала душ.

— Блин, наконец-то помылась, а то всю дорогу было ощущение, что пахну этим вагоном, — заходя на кухню, сказала Ирка. — А ты чего сидишь, ничего не ешь, не пьёшь? —

— Да что-то не тянет, жарко, — ответил я, рассматривая Ирку.

Она пришла в шортиках и топике. Под топиком лифчика не было, выпирающие соски притягивали взгляд. Топик плотно облегал её небольшую грудь. Но сама грудь очень красиво выпирала. И вообще фигурка у неё была зашибись.

— Классно выглядишь, — одобрительно сказал я. — Где загореть успела?

— Родичам на даче помогала. Специально не загорала.

— Как они там?

— Нормально, — пожала она плечами.

— Ты спортом что ли занимаешься?

— Так, для себя. Обруч крутила, хулахуп, ну, и просто гимнастика. А что? — посмотрела она на меня.

— Фигурка у тебя офигенная.

— Даже без сисек? — засмеялась она.

— Да вроде бы что-то есть там, — кивнул я на её грудь. — Лифан спецом не надела?

— Ну, да, похвалиться перед тобой. Что-то да выросло с тех пор. А у тебя есть изменения? — игриво посмотрела на меня Ирка.

— Хочешь ещё посмотреть? — с ехидцей спросил я, ухмыляясь.

— На слабо тебя что ли взять?

— Не боишься, что маечку твою намочу и испачкаю?

— Не боюсь, отстирается. Что, слабо? — насмешливо посмотрела на меня Ирка.

— Вообще не слабо, — ответил я. — Но не буду. Тут кухня, а не пруд.

— Так ванная есть, — продолжая на меня смотреть, чуть наклонив голову вбок, сказала она.

— Думаешь, мне слабо?

— Думаю, что да!

— Ну, пошли, — ответил я, думая, что она шутит.

— Пошли, — ответила Ирка и пошла.

Я немного офигел, смотря ей в спину. Она повернулась, уже выйдя из кухни:

— И?..

Я поднялся и пошел к ней. А Ирка пошла к двери ванной комнаты, включила свет, вошла внутрь и не закрывая дверь, залезла в ванную и села в ней.

Зайдя внутрь, я тоже оставил дверь открытой.

— И что дальше? — посмотрела она на меня.

— Обоссу сейчас тебя, вот что дальше.

— Сомневаюсь, — усмехнулась она, смотря на меня снизу вверх, чуть повернув голову.

Я расстегнул на шортах ширинку, достал член, придерживая другой рукой резинку трусов и направив член на Ирку, пару секунд подождал и начал ссать ей на голову, быстро перевел струю на её губы. Ирка сначала зажмурилась, потом открыла глаза, посмотрела на член, руками протёрла глаза. Моча потекла по её рукам. Ирка посмотрела вверх, убрав руки, чуть-чуть приоткрыв ротик. Я направил струю прям туда. Ирка прикрыла глаза, но рот не закрыла. Моча из её рта стекала на топик, текла по животу, уже намочив шорты и стекала в сливное отверстие ванны. Капельки мочи были в её волосах. Брови тоже были мокрые с мелкими каплями мочи. Сиськи, под мокрым топиком ещё больше обозначились, а соски стали ещё соблазнительнее выпирать.

— А ты говорила, что слабо — сказал я, стряхивая последние капли в ванную.

— Это хорошо, что ты не изменился, — тихо сказала она, и стала снимать с себя топик.

Сняла его, бросив вперёд в ванну, убрала со лба волосы, стянула с себя шорты, бросив их на топик, посмотрела на трусы, которые из белых превратились в желтые и тоже их сняла, оставшись совершенно голой.

Всё произошло и происходило так стремительно, что казалось, что это было не со мной.

— Хочешь повторить или посмотреть, как я буду мыться? — спросила Ирка, посмотрев на меня снизу вверх и согнув колени, раздвинула ноги, показав гладковыбритый лобок и половые губки. И сиськи и лобок были загорелыми полностью. Даже треугольничек клитора был одинакового загара. Лицо, шея, тело, ноги были одинакового цвета.

— Повторить нечем, — усмехнулся я, заправляя член обратно. — А то бы повторил.

— Хочешь — останься, — сказала Ирка, держась одной рукой за борт ванны.

— И что будем делать? — усмехнулся я.

Она встала и повернулась ко мне, взяла мою руку и прижала к своей груди.

— Что хочешь, — пожала она плечами. — Не брезгуешь? Из тебя ведь вылилось.

Я сжал её маленькую, красивую сисечку пальцами. Ирка покорно стояла, смотря чуть в сторону. Я легонько покрутил её твёрдый сосок.

— Сильней, — тихо попросила она.

Я сильнее сжал её сосок.

— Ещё сильнее.

Я посмотрел на Ирку, сильнее сдавливая пальцы. Она прикусив губу, закрыла глаза. Я прям сдавил её сосок пальцами. Ирка тихо простонала. Это реально было очень больно. И я отпустил её сосок.

— Сделай так обеими руками, — ещё тише попросила она.

— Тебе не больно что ли? — удивился я.

— Больно, но мне так нравится, — ответила она. — Сделай, пожалуйста.

Я с удивлением посмотрел на Ирку. Она стояла и спокойно смотрела на меня, даже какая-то мольба была в её взгляде. Усмехнувшись, я взял оба её соска и сдавил их пальцами.

— Сильнее, — тихо попросила она, закрыв глаза.

Я сильно сжал её соски.

— Угу. Не отпускай, — выдохнула она и закусила губу.

По лицу было видно, что ей больно. Она положила руки мне на плечи и погладила. Открыла глаза, посмотрела на меня.

— Ударь меня по щеке как там, на пруду, — тихо попросила она.

— Прям так же? — удивился я.

— Угу, — кивнула она, — только одну руку оставь, как сейчас.

— Ты мазохистка что ли? — спросил я, отпустив один сосок.

— Ударь, а! — попросила Ирка, вместо ответа.

— Ну, смотри, сама попросила, — усмехнулся я и шлёпнул её по лицу ладошкой.

— Сильнее и пальцы сильнее сожми, — попросила она.

Я сжал сосок сильнее и наотмашь ударил Ирку по щеке. У неё голова резко дернулась. Ирка вдруг вцепилась мне в плечи, напряглась и тихо постанывая, стала подрагивать. Я коснулся пальцем её клитора, но Ирка взяла мою руку и положила себе на сиську.

— Сдави второй сосок, — жалобно попросила она.

И я сдавил. Ирка снова вздрогнула и вцепилась в мои плечи. Потом часто задышала носом, погладив мои плечи и руки у себя на сиськах. Открыла глаза, посмотрев на меня.

— Всё или ещё что надо сделать? — усмехнулся я, отпуская её сосочки.

— Андрюш, это же только между нами, да? — тихо спросила Ирка.

— Нет, сейчас в интернет обо всём напишу и в окно буду кричать, — засмеялся я.

— Я могу тебе тоже приятно делать!

— Что, например? Член мой сжимать? Мне это совсем не в кайф.

— Что хочешь, — пожала она плечами. — Ты мне — я тебе.

— Нормально день начался, — усмехнулся я.

— Мне обычный секс не доставляет наслаждения, — вздохнула Ирка.

— Я понял уже. Давай, мойся, потом поговорим. Я на кухне буду.

И посмотрев на свои руки, вышел из ванной, ногой прикрыв дверь.

На кухне, не спеша, помыл руки, переваривая произошедшее. Потом ушел к себе в комнату, специально не закрыв дверь. Обычно я её закрываю от любопытных глаз матери. Она хоть и не заходит без стука, но если оставишь дверь открытой, то постоянно заглядывает, проходя мимо.

Ирка вышла из ванной голой с полотенцем на голове, прошмыгнула мимо моей двери к себе. Потом пришла ко мне в халатике и с полотенцем на голове. Присела на край дивана, оглядывая комнату.

— Девушка твоя? — кивнула она на фотку в рамке, стоявшую на полке у книг.

— Угу, — кивнул я.

— Красивая. Нравится тебе с ней?

— Нравится, — пожал я плечами.

— Всё устраивает, значит? — посмотрела она на меня.

— Почти.

— А что не устраивает?

— Ну есть кое-какие моменты, — неопределённо ответил я.

— В сексе? — прямо спросила Ирка.

— Ну, да.

— А что именно? — не унималась она.

— Всё тебе расскажи.

— Ну, может, я смогу помочь, — тихо сказала Ирка.

— Заменить собой? — усмехнулся я.

— Если хочешь, — пожала она плечами.

— И что, всё сделаешь?

— Угу.

— Прям всё-всё? — не поверил я.

— Да, — спокойно ответила Ирка.

— А что взамен? — поинтересовался я.

— То же самое. Ты мне — я тебе. Тебе только приятно буду делать.

— И давно у тебя это? — спросил я.

— Давно, — вздохнула она.

— И как выкручивалась?

— По-разному. У нас в городишке нельзя раскрываться. Сразу слухи пошли бы. Сама и выкручивалась, даже парню своему ничего не говорила, он бы не понял.

— Зачем тебе тогда такой парень, если не доверяешь?

— Для имиджа скорее всего. Что есть, что сексом занимаемся. Вот зачем тебе девушка, если не всё устраивает? — посмотрела на меня Ирка.

— Логично. В принципе, всё устраивает. Красивая, стройная, умная...

— Но есть «но», — усмехнулась Ирка. — И это «но» заставит тебя искать варианты на стороне, чтобы дополнить. А может быть, и расстаться с девушкой, если попадётся такая, которая всё для тебя будет делать.

— Возможно. Что, уже было у тебя так? — поинтересовался я.

— Угу. Два раза. Потом поняла, что не могу найти такого, с кем было бы хорошо не только как с человеком. А это очень некомфортно, поверь — вздохнула Ирка.

— Верю, — пожал я плечами, — есть такое. Когда чего-то недостаёт в сексе.

— Чего-то! — усмехнулась она. — Почти всего и недоставало.

— Вообще, что ли не кончаешь от секса?

— Ну, почему, бывает, когда стимулирую себе там рукой. Но... — и замолчала.

— Что «но»? — переспросил я.

— Но это показывает парню, что он не удовлетворяет меня обычным способом. Комплексует сразу. И как такому скажешь, что я вообще необычная? — вздохнула Ирка.

— А мне почему открылась?

— Я тебя часто вспоминала, приветы тебе передавала, — посмотрела на меня Ирка. — Ты тогда шарахнул меня в воде, мне так хорошо стало. Я тебя провоцировать потом начала. И я совсем не ожидала, что мне будет хорошо, когда ты пописал на меня. Я чего-нибудь натворю, отец или мать ругают меня, а я стою, глаза закрою, голову опущу, и мне так хорошо становилось. Отец отшлёпает меня, а мне этого и нужно было. Вот такая я, Андрюш, — вздохнула Ирка.

— Это как рабыня что ли?

— Угу, — вздохнула она, — боль, подчинение и унижение делают мне хорошо.

— Офигеть, никогда с таким не сталкивался.

Ирка только вздохнула и снова посмотрела на фотку в рамке.

— Что, смущает тебя, что ли? — кивнул я на фотку.

— Нет, — мотнула она головой, — просто, значит, у неё тоже есть свой бзик или фетиш. Ты не из тех парней, кто останавливается, а ты остановился, значит, у неё есть бзик.

— Есть, — вздохнул я. — она минет не делает, ну, и от анала отказывается. Говорит, что в рот она кушает, а попкой какает. А для секса есть специальное место.

— Дурочка она. Ты или кто ещё у неё был или будет — будут ей изменять с теми, кто будет делать так, как хочет парень, — рассматривая фотку, сказала Ирка.

— Возможно.

— Хочешь, я тебе сделаю? — тихо спросила она.

— Что сделаешь? — не понял я.

— Минет.

У меня прям волнение внутри появилось. «Как просто ларчик то открылся, — подумал я. — И главное, как быстро. И она ведь будет всегда под рукой».

— А ты хочешь? — спросил я.

Она пожала плечами:

— Я сделаю, как ты хочешь, и всё.

— То есть это не будет доставлять тебе удовольствие?

— Будет, если ты глубоко будешь засовывать, — тихо ответила Ирка.

— Ну, иди — раздвинул я ноги, сидя на стуле, у стола.

Она сняла полотенце с головы, бросила его на диван, встряхнула волосами, посмотрела на меня, развязала на халате пояс и сняла халат, положив его на полотенце, оставшись полностью голой. Подошла ко мне, встала на колени и стала расстёгивать пуговицу и ширинку на шортах. Я сидел и наблюдал, не мешая ей. Ирка расстегнула шорты, немного потянула их вниз, потом оттянула резинку трусов, вытащила мой член, уже в немного приподнятом состоянии и, держа одной рукой резинку трусов, а другой член, соснула головку. Потом взяла член в ротик и, держа его во рту, стала пытаться стянуть с меня шорты с трусами. Я осторожно приподнял попку. И шорты с трусами слезли с меня аж до ступней.

Ирка стала одной рукой подрачивать член, второй гладила снизу яйца, посасывая и облизывая головку.

— Ты скажи, если что-то не так, ладно? — выпустив член из ротика, посмотрела на меня снизу Ирка, подрачивая уже твёрдый член рукой.

— Угу, — кивнул я. — Не отвлекайся.

— Ущипни меня за соски, — попросила она и стала сосать головку, очень неплохо работая языком.

Я нащупал её сосок, зажал его пальцами и сжал. Второй рукой взял голову Ирки сзади и насадил её ротик на член до упора. Ирка закряхтела.

— Соси, сучка, — тихо сказал я и сильнее сдавил её сосок.

Ирка стала пытаться ещё глубже заглотить член.

— Хорошо, — подбодрил я её и перестал давить на голову.

Она выпустила член из рта, сделала несколько вздохов и сама заглотила член до самых яиц. Я погладил её по щеке потом и несильно ударил ладошкой, сжав сосок. Ирка вздрогнула, выпустила член, вздохнула несколько раз.

— Ещё так же, — попросила она и снова взяла член в рот до упора.

Я поменял руку, взял её за другой сосок, сжал его и ударил ладошкой другой руки по щеке Ирки. Она сделала несколько неглубоких отсосов и до упора заглотила член, аж давиться начала. Я ударил её по щеке снова и сильнее надавил на голову, ещё и бёдрами вперёд подал, чтобы до самых гланд достать. И тут Ирка стала кончать. Она давилась членом, сама сжала свой второй сосок пальцами, задрожала и часто задышала носом. Я отпустил её голову и сильно шлёпнул по щеке ладонью. И Ирка, вздрагивая, стала очень мощно отсасывать, но уже не глубоко беря в рот. Но сосала классно. Потом подняла голову, посмотрела на меня.

— Хочешь меня?

— Угу, — кивнул я.

— Возьми меня за волосы и положи на диван. Или ты тут хочешь? — спросила она.

— Ты супер, — беря её за волосы, сказал я.

Отпустил сосок и поднял Ирку за волосы, поднимаясь сам.

— Пошли, шалава, я тебе вставлю, — начиная понимать правила игры, сказал я и, скинув с ног трусы с шортами, потащил Ирку к дивану.

Поставил там раком и держа за волосы вставил головку в мокрую щель.

— Бей по попке, — тихо попросила Ирка.

Я постепенно вошел на всю длину и так смачно шлёпнул Ирку по булочке, что аж раздался звонкий звук шлепка. На попке остался отпечаток моей руки. А другой рукой я держал Ирку за волосы, задрав её голову вверх.

— Ещё, — плаксиво попросила она и стала теребить свой клитор. Я задвигал бёдрами, трахая Ирку и ещё стукнул по заднице ладошкой.

— Ещё, — плача, попросила Ирка и сама себе стукнула по клитору ладошкой, помассировала его и снова стукнула. Ну, и я, трахая её, шлёпал рукой по заднице, не отпуская Иркины волосы. Она снова напряглась. Я понял, что сейчас будет кончать и шлёпнул Ирку по булке. Ирка вздрогнула и, плача, действительно начала кончать. Она реально плакала, теребя свой клитор, и вздрагивала. Я уже тоже хотел кончить, но Ирка вдруг соскочила с члена, развернулась и, смотря на меня, тихо и жалобно сказала:

— Прости меня, господин, я исправлюсь. Нельзя сейчас туда кончать.

В глазах у неё стояли слёзы. Я держал её за волосы, смотря на Иркины глаза, и в голове мелькнула мысль, что мне нравится эта игра, мне нравится Иркина дырочка, её тело. И она назвала меня господином. Это тоже не резануло мой слух, я бы сказал, что мне это даже понравилось.

— Лежать, сучка — потянул я её за волосы, опуская на диван. Она покорно легла и вытянулась на диване.

— Рот открой — шлёпнул я ей ладошкой другой руки по щеке.

Ирка открыла рот и немного высунула язык. Я стал дрочить, намереваясь кончит ей в рот. Она поглядывала то на меня, то на член, не закрывая ротик. И я кончил, струя спермы мощно сфонтанировала на язык Ирки, потом вторая струя уже прицельно выстрелила вглубь ротика. Выдавливая всё, я поводил по губам головкой, смазывая спермой губки Ирки. Она сглотнула, облизала губы и стала нежно сосать головку. Я выпустил член из руки и отпустил Иркины волосы. Она немного приподняла голову, несколько раз соснула член и снова стала обсасывать только головку, смотря на моё лицо. А я смотрел, как её ротик ласкает мой член.

Погладил Ирку по голове, вытащил член из её ротика и прилёг с ней рядом на спину. Ирка повернулась ко мне, обняла и прижалась.

— Ты просто подарок, Андрюша, — тихо прошептала она.

— Я хочу кончать в тебя, — тоже тихо сказал я, погладив Ирку по спине.

— Я исправлюсь, мой господин, — прошептала Ирка.

Потом мы попили кофе после душа голыми. Затем оделись и поехали осматривать городские достопримечательности. По дороге заглянули в аптеку, чтобы купить таблетки для Ирки.

— Я сам заплачу за них, — тихо сказал я Ирке, сжав рукой булочку её попки в джинсах.

— Как скажешь, мой господин, — шепнула она мне в ухо.

— Сюда тоже тебя хочу, — шлёпнул я её по попке, выходя из аптеки.

Ирка повернулась ко мне, взяла за руку и, смотря мне в глаза, тихо сказала:

— Можем прям сейчас пойти, мой господин. Город потом посмотрим.

— Тогда пойдём, — погладил я Ирку по щеке другой рукой.

И мы пошли к остановке маршрутки, чтобы вернуться домой.

опубликовано 18 декабря 2018 г.
83
Для написания комментария к этой записи вам необходимо авторизоваться